Беспризорная российская геология

Институты, призванные развивать геологоразведку в России, закрываются, и вместо них появляются совершенно чуждые геологии учреждения. Фото автора

Поводом для данной статьи стал обнародованный в Интернете ролик, в котором один из руководителей крупнейшего холдинга страны «Росгеология» вел себя, мягко говоря, недостойно, матерясь и кому-то угрожая.  

Геология последние десятилетия с упорством, достойным лучшего применения, избавлялась от своего «человеческого капитала», как сейчас любят говорить. Лишаясь своего компетентного руководства, она, сиротея, превращалась в беспризорную геологию, которую, как уличную девку, мог насиловать любой невесть откуда взявшийся «руководитель», вообще до этого не имевший какого-либо отношения к геологии. Уместно в общих чертах проследить эволюцию этого падения. 

Славное прошлое 

Российская геология свое начало ведет с 1700 года, когда Петром I была создана горно-геологическая служба (Рудный приказ). В 1882 году император Александр III утвердил положение и штаты Геологического комитета России (Геолком). 

Создание Геолкома было вызвано: 1) необходимостью составления по единому плану геологической карты страны, которая, помимо ее важного научного значения, дала бы твердую основу и для практической деятельности; 2) потребностью в детальном геологическом описании страны; 3) исследованием тех минеральных богатств, которые могут иметь общегосударственное значение и служить источником развития той или другой отрасли промышленности; 4) необходимостью такого учреждения, к которому как правительственные и общественные организации, так и частные лица могли бы обращаться за советами и разъяснениями по всем вопросам, связанным с геологией.

Создание Геолкома знаменовало собой начало создания научных основ выявления полезных ископаемых в недрах России. В дореволюционное время сформировалась плеяда геологов с мировым именем. Последующие поколения российских геологов создали мощную минерально-сырьевую базу (МСБ) страны.  

Геолком был исходным пунктом зарождения всех составных частей геологической службы России. Имея статус государственного учреждения, он решал научные и прикладные геологические задачи, а также управлял геологическим изучением территории страны. 

После Октябрьской революции и Гражданской войны функции управления сосредоточились в органах государственной власти. Одним из первых декретов Совнаркома, причем в разгар Гражданской войны (февраль 1918 года), было постановление о возобновлении деятельности Геолкома. В 1929 году на созданном им научном фундаменте был сформирован ряд научно-исследовательских институтов. 

В советский и постсоветский периоды сектор управления геологическими исследованиями и геолого-разведочными работами реформировали более 30 раз! Однако в названиях органа государственного управления слово «геология» все же сохранялось. Рубежом стало создание рыночной экономики, при которой из числа государственных приоритетов были изъяты задачи усиления научного и производственного секторов геологической службы, а также опережающего прогноза МСБ.

Последствия рыночных реформ

С переходом к рыночной экономике прирост запасов перестал компенсировать объемы использования топливно-энергетических и минерально-сырьевых ресурсов, и это противоречило современным мировым тенденциям. Нынешняя ситуация чревата угрозами экономической и оборонной безопасности страны с возникновением социально-экономических проблем. 

Толкование геологии в широком смысле слова заменено толкованием ее как практики поисков и разведки полезных ископаемых. Вне геологической общественности геологию стали идентифицировать с горнодобывающим производством. Геологические исследования низвели к недропользованию, а основная деятельность чиновников от геологии свелась к банальному процессу выдачи лицензий на недропользование. В постсоветское время сильно пострадал научный сектор геологии. Приоритет ставили перед производственными работами, подчас не учитывая тот очевидный факт, что геология – это прежде всего исследования и наука.

Рыночная эпопея создала серьезные кадровые проблемы. Разрушение геологической отрасли подтолкнуло исход специалистов из геологии в банки, торговлю и бизнес. Это усугублялось низкой оплатой труда и социальной незащищенностью геологов и их семей, особенно в малоосвоенных районах. В результате этого образовался разрыв в естественной смене поколений геологов, достигший практически целого поколения. Считают, что потеря поколения геологов привела к тому, что отсутствуют компетентные специалисты в возрасте около 50 лет, способные стать лидерами в геологической службе и главных направлениях геологических исследований.

В 1996 году было создано Министерство природных ресурсов. Оно появилось в результате усилий отечественных специалистов, направленных на повышение статуса органа государственного управления геологическими исследованиями и геолого-разведочными работами со стороны Комитета РФ по геологии и использованию недр (Роскомнедра). От нового министерства ожидали многого, но практически получили потерю лица геологической службы. 

В настоящее время в России, по общему мнению, имеет место нещадное «проедание» ранее созданного сырьевого задела без достаточной компенсации выработанных запасов, созданных предыдущими поколениями геологов. По объему разведанных запасов газа Россия занимает первое место в мире, угля – второе, нефти – шестое, никеля, платиноидов и платины, алмазов, ряда других полезных ископаемых – первое–третье места в мире. Существенно, что в СССР запасы полезных ископаемых прирастали с опережением в 1,3–1,5 раза скорости их «проедания». Этот задел по углеводородам позволил стране выживать в период пресловутых реформ. Однако за последние десятилетия не открыли ни одного крупного месторождения. Виной тому – некомпетентность руководителей, на которых было возложено воспроизводство МСБ страны.

Как реализуется кадровая политика в геологической отрасли

Закрытие НИИ под предлогом получения
доходов от сдачи внаем их площадей ведет
к деградации российской геологической науки.
Фото автора

Министерство природных ресурсов и экологии РФ ведет свою историю от Государственного комитета РСФСР по экологии и природопользованию, образованного в июле 1990 года. В последующие 18 лет это главное природоохранное ведомство неоднократно реформировалось, а его название менялось: Министерство экологии и природопользования, Министерство охраны окружающей среды и природных ресурсов и т.д. За годы работы этого министерства сменилось восемь его руководителей. Виктор Орлов занимал пост дважды, дольше всех на этом посту проработал Виктор Данилов-Данильян (3105 дней), а меньше других – Виктор Некрутенко (160 дней).

Министерство природных ресурсов и экологии России, как ожидалось, должен был бы возглавить специалист широкого профиля, желательно – опытный профессионал в такой области, как геология. Или в крайнем случае – в такой области деятельности, как лесное хозяйство, гидрология, экология. Однако в последние годы это министерство возглавлял Сергей Донской, и лишь с мая 2018 года – геофизик по профессии Дмитрий Кобылкин.

Сергей  Донской, выпускник факультета автоматики и телемеханики Госуниверситета нефти и газа имени И.М. Губкина, в перечисленных направлениях деятельности вообще никак не отметился. Примечательно, что по своей специальности он проработал всего год, а затем занимался финансами в разных компаниях и министерствах. В 2011 году он возглавил пресловутый холдинг «Росгеология», но менее чем через год оказался в кресле министра природных ресурсов и экологии РФ. Среди его заместителей имелся всего лишь один геолог, он же возглавлял Федеральное агентство по недропользованию – Роснедра.

Занятно, что до этого (с марта 2004 года) в кресле руководителя этого агентства целых 8 лет успел посидеть Анатолий Ледовских, по специальности – ветеринар. Это не шутка: в 1965–1970 годах он учился в Ленинградском ветеринарном институте, а в 1970–1984-х работал главным ветеринарным врачом совхоза…

Роснедра занимаются лишь организаторской деятельностью, не отвечая за результаты проводимых работ: организуют проведение конкурсов и аукционов на право пользования недрами, государственное изучение недр и экспертизу этого изучения. Через Роснедра осуществляется бюджетное финансирование подрядных работ. Планирование геолого-разведочных работ, как правило, не проводится. 

Уместно остановиться на деятельности «Росгеологии», которую вначале возглавлял Сергей Донской.

Когда в октябре 2012 года в Государственном Кремлевском дворце проводился VII Всероссийский съезд геологов, звучали разные предложения по комплексу первоочередных мер по спасению геологической отрасли. Ряд полезных предложений высказал председатель фракции «Справедливая Россия» Государственной думы Сергей Миронов, ушедший в 1991 году из разведочной геофизики в политику. Наиболее ценным из этих предложений было создание единого органа по управлению государственным фондом недр – Министерства геологии и недропользования. Приведу фрагмент его речи, касающийся данного предложения:

«…Пока решение о создании министерства не принято, необходимо срочно назначить квалифицированного специалиста на должность генерального директора созданной по нашей с вами инициативе «Росгеологии», передав госкорпорации средства на геолого-поисковые работы».

«Росгеологии» предназначалась роль единственного исполнителя государственных работ по воспроизводству МСБ страны, которые от имени государства заказывает Роснедра. Этот холдинг был создан в 2011 году указом президента, и пакет его акций принадлежит государству. В него были включены оставшиеся к тому времени еще не развалившиеся остатки прежних геологических предприятий. На 1 января 2018 года в составе холдинга числилось 36 дочерних акционерных обществ с суммарной численностью сотрудников свыше 15 500 человек. В самой же «Росгеологии» в 2017 году числились 538 человек. При создании холдинга полагали, что это явится началом восстановления геолого-разведочной системы в России. Именно на это надеялись и сотрудники предприятий, оказавшихся в подчинении у «Росгеологии». Увы, этого не получилось. 

После Сергея Донского в качестве «квалифицированного специалиста» в кресле генерального директора «Росгеологии» оказался Роман Панов, выпускник Военного университета Министерства обороны РФ по специальности «референт-переводчик с арабского и английского языков». Далее все проходило по привычной для россиян схеме. Своим первым замом Панов поставил Руслана Горринга, который вместе с ним учился не только в одном и том же университете, но и в одном и том же взводе в суворовском училище. Не столь разговорчив Роман Панов. Но, как говорится, «скажи мне, кто твой друг, и я скажу, – кто ты». Занятно, что когда одного из этих «друзей» уволили, а другой (Панов) получил выговор от министра природных ресурсов, то они вместо покаяния действия министра сочли незаконными. Почему? А потому, что они подчиняются не ему, а напрямую руководству страны. 

Кому нужна такая «Росгеология»?

«Росгеология» с момента своего создания взялась не за созидание, а за разрушение. Больше всего пострадали те попавшие в подчинение к ней организации, которые размещались в престижных зданиях, которые жадные руководители холдинга наметили для продажи или сдачи в аренду. Я уже подробно писал о трагической судьбе Всероссийского научно-исследовательского института геофизических методов разведки (ВНИИГеофизика) (см. «НГ» от 14.12.16). Повторяться не буду, сообщу только о том, что сталось со зданием, в котором трудились последние геофизики этой «легенды отечественной геофизики» перед их принудительным увольнением руководством «Росгеологии». Это здание вскоре после его освобождения от геофизиков было сдано в аренду салону красоты. У парадного входа красуется соответствующая вывеска, а у входа со двора – пока еще не содранная вывеска ВНИИГеофизики.

А ведь именно единственная в Москве лаборатория ВНИИ Геофизики занималась тем приоритетным направлением, которое было указано в перспективных планах «Росгеологии» до 2020 года.

Примечательно, что уничтожение «человеческого капитала» ВНИИГеофизики происходило при попустительстве министра природных ресурсов Сергея Донского, занимавшего тогда этот пост. Не сомневаюсь, что, будь тогда на этом посту нынешний министр Дмитрий Кобылкин, он еще тогда «посмел бы» вмешаться в беспредел, чинимый руководством «Росгеологии». Нынешняя ситуация с «Росгеологией» это подтверждает.

Этому холдингу с его руководителями определенно не везет, причем уже давно. Еще до прихода Романа Панова в нем должность и.о. генерального директора занимал Андрей Третьяков. Как следует из письма возмущенных генеральных директоров геологических предприятий Сибири и Дальнего Востока министру природных ресурсов Сергею Донскому и руководителю Роснедр, Третьяков позволил себе вести себя по-хамски на совещании руководителей ряда геолого-разведочных предприятий, включаемых в холдинг.  На письмо же возмущенных гендиректоров Сергей Донской не прореагировал (как выяснилось, он с Третьяковым учился вместе в  Госуниверситете нефти и газа им. И.М. Губкина по той же, отнюдь не геологической, специальности).Явилось ли это обстоятельство отсутствием реакции или какие-то другие причины пока судить трудно. 

Так что же делать?

«Росгеология», не оправдав ожиданий геологов, оказалась мертворожденным дитем. Видимо, требуются меры прямо-таки «хирургические», и это уже ясно многим. Да и потребность в существовании такой «Росгеологии» явно отпадает.

Дело в том, что непосредственно «Росгеология» в стоимостном выражении выполняет лишь 10% заказываемых в «Роснедрах» работ, остальную же часть выполняют в основном дочерние предприятия холдинга. Непосредственно «Росгеология» оказывается излишней, и ее безболезненно можно ликвидировать как посредника, паразитирующего на своих «дочках». Сами же дочерние предприятия целесообразно передать в ведение вновь созданного Министерства геологии и недропользования РФ, о необходимости создания которого выше уже шла речь. Основой такого министерства могут быть «Роснедра». В рамках такого министерства вполне естественно могут уживаться интересы государства и бизнеса. Само же Министерство природных ресурсов следует упразднить, при необходимости создав вместо него наряду с Министерством геологии недропользования другие министерства. Думаю, что если бы не торопились создавать столь ущербную структуру, как холдинг «Росгеология», то от бездумного «хозяйствования» последней не пострадали бы такие знаковые предприятия, как ВНИИГеофизика и Центральная геофизическая экспедиция, из которых неправомерно были уволены подлинные профессионалы. 

Почему же наша геология «беспризорная»?

Нынешнюю российскую геологию «беспризорной» назвал впервые не я, а нефтяник Фаиз Хафизов, профессор и лауреат Государственной премии СССР («Тюменские известия» от 17.09.09). Применительно к нефтяной геологии он дал следующее тому объяснение: «Геологическое изучение недр выполняется бессистемно, во многом зависит от уровня ответственности и желания руководителей предприятий-недропользователей». Он отмечает, что многие компании практически свернули геолого-разведочные работы: «Особенно резко это проявилось после отмены отчислений на воспроизводство МСБ. В Государственной думе это решение было принято из-за некомпетентности (или из-за чего-либо более серьезного) депутатов. И, разумеется, из-за давления нефтяных компаний, желающих получить сиюминутную максимальную прибыль и не думающих о будущем». 

Несомненно лоббизм в России в отличие , скажем от США, представляет собой не регламентированную на федеральном уровне специальным законодательством практика воздействия физических лиц и опганизаций на органы государственной власти и местного самоуправления с целью склонения их к принятию тех или иных решений.И если уж Госдума намерена стать серьезной силой в решении государственных вопросов ,ей надлежит в первую очередь заняться наиболее актуальными проблемами  госстроительства , включая кадровую политику. 

Источник: ng.ru

Добавить комментарий