Иран и Венесуэла «в одном окопе»

Фото Pool / Iran Presidency/Anadolu Agency/Getty Images

Присутствие представителя Ирана на повторной инаугурации венесуэльского президента Николаса Мадуро на минувшей неделе побудило вспомнить историю взаимоотношений двух, казалось бы, непохожих друг на друга стран, расположенных на разных континентах. Участие посланца Исламской Республики в этой церемонии, тем более в ранге министра обороны, наводит на мысль о далеко идущих планах давних партнеров. Заметим, что бригадный генерал Амир Хатами смотрелся белой вороной на фоне гражданских лиц.

Напомним, что первым из латиноамериканских лидеров, повернувшихся лицом к Ирану, был покойный венесуэльский президент Уго Чавес, пришедший к власти в феврале 1999 года. Поначалу интерес диктовался чисто прагматическими соображениями, поскольку в числе приоритетных шагов на международной арене была необходимость придать второе дыхание Организации стран – экспортеров нефти, созданной Венесуэлой для консолидации указанной группы стран во имя создания нового экономического порядка.

К моменту вступления Чавеса в должность ОПЕК, некогда влиятельная структура, испытывала отнюдь не лучшие времена. Задумав провести в Каракасе II конгресс этой организации для придания ей дополнительного импульса, глава государства предпринял поездку по входящим в нее странам, включая Иран. С тех пор он бывал там как минимум шесть раз. Особо тесными отношения стали после избрания президентом Ирана Махмуда Ахмадинежада.

Венесуэльский лидер считал Исламскую Республику образцом демократии. Подчеркивал, что обе страны входят в «единый фронт борьбы с великодержавным империализмом, пытающимся покончить с идентичностью и самоопределением народов». В марте 2005 года Венесуэлу посетил тогдашний президент Ирана Мохаммад Хатами.

Регулярными стали контакты между первыми лицами, министрами и парламентариями. В ходе визитов было подписано дополнительно 70 протоколов к уже имеющимся 270 соглашениям в области промышленности, сельского хозяйства, энергетики и передачи технологии. Иран возводил в Венесуэле заводы по сборке автомобилей, тракторов, сельскохозяйственных машин и велосипедов, молочные фабрики и иные объекты. В свою очередь, в Иран поставлялось значительное количество бензина. В перспективе предполагалось резко увеличить иранские капиталовложения в Венесуэлу.

Ключевой сферой сотрудничества Венесуэлы и Ирана стала энергетика. «Мы надеемся, что иранские нефтяные компании развернут деятельность в поясе реки Ориноко», – подчеркивал Чавес. Высокий иранский гость присутствовал на церемонии начала бурения скважины в штате Ансоатеги.

Стремительное сближение двух государств и их лидеров, переросшее в тесную дружбу, помимо взаимодействия в рамках ОПЕК с целью сохранения высоких цен на углеводородное сырье строилось на противостоянии общему врагу в лице США. Они именовали сверхдержаву мировым жандармом, обвиняли ее в гегемонизме, навязывании своих порядков и собственной модели общественного устройства, разрушении самобытных цивилизаций, выступали единым фронтом на всех престижных форумах.

Чавес постоянно подчеркивал: «Венесуэла всегда и везде будет вместе с Ираном – в любое время, в любой ситуации». Ему неизменно вторил Ахмадинежад: «Иран и Венесуэла стоят рядом и поддерживают друг друга. Я чувствую, что встретил брата и человека, с которым находишься в одном окопе». Тепло принимая президента Хатами, Чавес грозил: «Если Соединенные Штаты посмеют подвергнуть бомбовым ударам иранские ядерные объекты, то они лишатся поставок венесуэльской нефти».

Разумеется, Венесуэла поддерживает право Ирана осваивать ядерную энергию в мирных целях. Существует и идеологическая подоплека крепнущего взаимопонимания. Об этом прямо говорил бывший спикер парламента, ныне глава государства Мадуро. Находясь в Тегеране в апреле 2005 года, он подчеркивал: «Венесуэла и другие страны континента стремятся воспользоваться опытом исламской революции. Иран может проложить путь к более тесному сотрудничеству между революционными группами Ближнего Востока и Латинской Америки».

Сегодня в условиях резкого обострения отношений между Соединенными Штатами и Ираном, когда ужесточились нападки Дональда Трампа, не признающего легитимность ядерной сделки, заключенной Тегераном с «шестеркой», создаются объективные и субъективные предпосылки для еще более тесного его сближения с Боливарианской республикой. Излишне говорить о том, что и Венесуэла подвергается давлению могучего северного соседа, требующего проведения давно назревших реформ для вывода страны из социально-экономического кризиса.

Кроме того, из конфиденциальных источников американской администрации известно, что венесуэльские власти материально поддерживают боевиков проиранской группировки «Хезболла». Иранское руководство усиленно намекает Вашингтону на то, что в случае продолжения давления весьма вероятно резкое увеличение наркотрафика в США. В воздухе витает и невысказанная непосредственно, но все же угроза активизации террористических атак.

Иран надеется расширить военное сотрудничество с Венесуэлой. В этом плане его внимание, в частности, привлек недавний блиц-визит российских ракетоносцев в Боливарианскую республику. На встрече с венесуэльским коллегой Владимиром Падрино Лопесом глава Минобороны Хатами заявил, что Тегеран готов передать Каракасу накопленный опыт в военной сфере. Не исключено, что в ходе переговоров были достигнуты конкретные договоренности.

Что же касается строительства иранских военных баз, то, согласно действующей в Венесуэле Конституции, на территории страны такая ситуация невозможна. Впрочем, не стоит забывать, что в 2017 году по инициативе Мадуро была создана Национальная конституционная ассамблея с целью внесения кардинальных поправок в Основной закон. И, возможно, вопрос о базах войдет в число этих поправок. 

Источник: ng.ru

Добавить комментарий